Воля и доля Фёдора Скребцова

Мостовчане в последние два года часто видят на перекрёстке возле рынка пожилого интеллигентного человека, играющего на флейте и саксофоне. Музыка его то радостна, то печальна, и благодарные слушатели останавливаются и бросают монетки в футляр из-под инструментов. Наш корреспондент накануне Дня пожилого человека, что отмечается 1 октября, решил узнать, что заставило этого убелённого сединами человека играть на улице.

Нас бомбили

Причиной кардинальных перемен в жизни Фёдора Ивановича Скребцова (так зовут хозяина флейты и саксофона) стала война в восточных областях Украины. И пришлось ему бежать в Россию.

В городе Антраците на Донбассе у Скребцова было всё: дети, любимая женщина, жильё, пенсия, друзья.

— Я и не собирался никуда уезжать из тех мест, где всё близкое и родное, — рассказывает Фёдор Иванович. – Но когда на рынке разорвался снаряд, убивший знакомую женщину и её дочку, крепко задумался о том, что же будет дальше. Очень крепко. И решил, что нужно уезжать, пока не поздно.

Антрацит – город шахтёров, окружённый другими такими же городами-близнецами. Жил себе Скребцов в просторной четырёхкомнатной квартире с видом на рынок и угольные терриконы.  Работал поначалу столяром, а большую часть жизни — художником-оформителем, писал сатирические плакаты, речёвки – словом, просто жил, как и все. А тут – на тебе, «антитеррористическая операция».

Однако без везения в каком-то смысле не обошлось. Был у Фёдора Скребцова заброшенный запасной аэродром – однокомнатная квартира в Псебае. Раньше здесь жила его мать, но в 2001 году она умерла. Фёдор похоронил её, поэтому в последние годы в однушке уже никто не жил. И вот она выручила, стала пристанищем двух немолодых людей – Фёдора Скребцова и Валентины Беляевой, бежавших из города, в котором они прожили большую и лучшую часть своей жизни.

Этот творческий дуэт вместе уже более двадцати лет. В Антраците они познакомились, когда Валентина пришла в самодеятельный вокально-инструментальный ансамбль «Ретро» в тамошнем Доме шахтёров. Вместе выступали — пели, плясали, пародировали, стали участниками квартета «Ивановы дети», в который по стечению обстоятельств вошли только те члены «Ретро», чьи отчества были Ивановичи и Ивановны. Вот и получились «Ивановы дети». И в итоге так спелись, что стали друг другу поддержкой и опорой в жизни. Валентина, кстати, не только хорошо поёт, но и пишет неплохие стихи.

Самоучка из Донбасса

Что интересно, Скребцов не имеет ни музыкального, ни художественного образования и сделал себя сам, то есть он — самоучка. Как же так вышло, что юный столяр овладел и музыкальными инструментами, и секретами «рисовального дела»?

А всё началось с клуба. Перед армией Фёдор окончил горнопромышленное училище в Донецке, получив специальность столяра четвёртого разряда, устроился на работу, даже готовился стать жителем Донецка: за хороший труд ему предложили в городе квартиру и обрисовали перспективы. Но Родина позвала служить, а поскольку на станке парень повредил руку, пригодился он на службе совсем не с автоматом за плечами. Стал в строительных войсках начальником клуба частей Иркутской области. Ответственность большая, и, хотя к рисованию и стихосложению склонность у Фёдора была врождённой, очень многому пришлось учиться. А поскольку при клубе существовали самодеятельные ансамбли, за время службы Фёдор научился и на ударных играть, и на саксофоне, и на некоторых других музыкальных инструментах. И ещё рисовать агитплакаты, оформлять клуб, складывать речёвки, благо, это удавалось неплохо с самого начала. Кроме того, столярные навыки позволили ему заняться ремонтом скрипок и контрабасов, которые позже везли ему на починку со всей области. Вот так армия помогла Фёдору найти второе «я» в музыке, самодеятельности и изобразительном искусстве.

Новая жизнь

Но вернёмся к тому времени, когда на шахтёрский городок упали первые бомбы. Валентина Беляева находилась тогда в Краснодарском крае, в станице Каневской, у больной сестры. А Фёдор совершил несколько вояжей в Псебай, перевёз свою столярную мастерскую, самые необходимые вещи, затем забрал из Каневской Валентину. На склоне лет в Псебае началась новая жизнь. И лёгкой её не назовёшь.

Говорят, переезд на новое место жительства равносилен пожару. А если это даже не переезд, а фактически бегство от войны? Как сложится на новом месте? Как жить, начиная всё с нуля?

А начинать пришлось с документов и судов. Жители единой когда-то страны стали друг для друга иностранцами благодаря кулуарному решению трёх вождей, собравшихся в Беловежской пуще. Так что приехали Фёдор и Валентина сюда с гражданством другого государства, следовательно, без пенсии и почти на птичьих правах. Если бы не право собственности на квартиру, было бы совсем тяжко. А так хоть по чужим углам мыкаться не пришлось.

Трудности переходного периода

Фёдор Скребцов Первый сюрприз, ожидавший в Псебае, – счета по задолженности за отопление на десятки тысяч рублей, несмотря на то, что батареи были отрезаны. Поэтому живут Фёдор и Валентина в спартанских условиях – без отопления и горячей воды. Зимой в квартире температура опускается до десяти градусов. Да и то лишь благодаря тому, что все щели в стареньких деревянных рамах Скребцов забивает ватой и заклеивает бумагой. Ходить по комнате приходится закутавшись в одеяло, а спать в одежде.

— Мне дали разрешение на временное проживание, — говорит Скребцов, — но, к сожалению, это не означает, что я уже могу оформить пенсию. Нужно очень много документов, а некоторых с собой просто нет. И требования для разных инстанций совершенно различные по уровню. Приходится иной раз доказывать очевидное. Чувствуешь, что без бумажки ты не человек. Живём сейчас вдвоём на Валину минимальную пенсию, которую она оформила, получив вид на жительство, и на то, что удаётся собрать моей волшебной блок-флейте, а также на продукты, присылаемые Красным Крестом России, за что ему большое спасибо. Правда, в последние месяцы они перестали приходить.

Хорошо, что есть на свете добрые люди. Всем, чем могут, помогают переселенцам директор ДК «Меридиан» Елена Кравченко, служба социальной защиты, новые друзья и знакомые. Во многом идут навстречу работники администрации, хотя, как уже говорилось, много нервов и времени отнимает бумажная канитель.

Однушка Скребцова пока ещё не обжита толком, хотя прошло почти два года. Большую её часть занимает столярка. За неимением гаража Скребцов решил приспособить для столярного дела балкон. Там, конечно, особо не развернёшься, но всё же лучше. А поскольку человек творческий на месте усидеть не может, Фёдор Иванович каждый день садится на своего железного коня, то есть на велосипед, и едет в «Меридиан», как на работу. А если в ДК проводится какое-то мероприятие, то участвует в нём вместе с Валентиной, выступает, импровизирует. Ко Дню Победы, например, разыграл целое представление, исполнив роль Василия Тёркина.

— Сейчас вот решил освоить баян, давно хотел научиться играть на нём, — говорит Скребцов. – В Псебае же нет ни одного баяниста. А мне для частушек и выступлений баян в самый раз. Нет только напарника, с которым спеть можно. Ну разве Валю под мужика переодеть и подкрасить. И пусть трудно с деньгами и бытом, но это не отменяет наше право жить полной жизнью. Помню, раньше ездили по всему СССР с выступлениями. Сейчас ограничиваемся Псебаем. Вот собрали уже несколько дипломов и грамот. Но всё равно, мы ещё свою песню до конца не допели и последнего слова не сказали. Жизнь начата заново, поэтому нам всё интересно и до всего есть дело.

Оптимизму Скребцова можно позавидовать. Всем бы так – преодолевать трудности с шутками-прибаутками. В День пожилого человека хочется пожелать Фёдору Ивановичу и Валентине Ивановне скорейшего завершения всех документально-бумажных дел, сохранения позитивного настроя, здоровья и благополучия. Продолжайте радовать жителей Мостовского района своим творчеством и сами получайте от этого максимум удовольствия!

Арсений Южный.

Фото автора и Дмитрия Бунтури

fyodor-skrebcov-1024x690

Вы можете оставить комментарий, или отправить trackback с Вашего собственного сайта.

Написать комментарий